Святые и подвижники благочестия

Архиепископ Сарапульский Алексий (Кузнецов)

Архиепископ Сарапульский Алексий (в миру Николай Николаевич Кузнецов) родился в семье священника Санкт-Петербургской епархии, впоследствии митрофорного протоиерея, 31 августа 1875 года. Учился в Александровском лицее до 1891 года, после чего с 1891 по 1898 год – в Александро-Невском духовном училище. Окончив его, поступил в Петербургскую семинарию (окончил в 1898 году). В 1902 году окончил Санкт-Петербургскую духовную академию со степенью кандидата богословия по представлении сочинения «Нравственный смысл юродства и столпничества», которое переработал впоследствии в магистерскую диссертацию.
Впоследствии он преподавал в различных духовных училищах и семинариях. Ректором Новгородской Духовной семинарии архимандритом Сергием был пострижен в монашество 17 марта 1904 года с наречением имени Алексий, 20 марта – рукоположен в иеродиакона, а на следующий день – во иеромонаха.
Время конца ХIХ начала ХХ века было временем ширящегося отхода от православной веры в русском обществе. Среди все более широких слоев русского общества Православие переставало восприниматься как образ жизни во Христе. С этим было неразрывно связано и падение в умах людей авторитета царской власти, охлаждение верноподданнических чувств. Увлечение западными, либерально-демократическими идеями было распространено среди общества, считавшего себя передовым и образованным. К сожалению, подобные увлечения проникали даже в церковную среду. Не избежал увлечения ими и преподаватель Ярославской Духовной семинарии иеромонах Алексий (Кузнецов). Более того, он стал писать статьи в партийную газету и даже выступал с революционными речами перед семинаристами. Все это не могло не привести к конфликту с местными властями и с местным отделением Союза Русского Народа – организацией, боровшейся с наступлением революции и стремившейся поддержать православно-монархические устои в русском обществе. По жалобе Ярославского отделения Союза Русского Народа к местному губернатору и этого последнего в Синод иеромонах Алексий был в мае-июне 1907 года переведен в Вологодский Духо-Сошественский мужской монастырь. Причем, в секретном отношении Председателя Совмина П.А. Столыпина обер-прокурору Синода П.П. Извольскому о переводе из Ярославля иеромонаха Алексия (Кузнецова) говорилось о нем, как об «оказавшем крайне вредное влияние в политическом отношении».
Верим, что все это впоследствии архиепископ Алексий искупил своим мужеством на допросах в НКВД и своей мученической кровью.
С января 1908 по февраль 1909 года иеромонах Алексий состоял членом Урмийской духовной миссии в Персии (современный Иран). Впоследствии проживал в Яблочинском монастыре Холмской епархии, где занимался преподавательской и миссионерской деятельностью. Затем состоял на духовно-учебной службе в Томской епархии, где также активно занимался миссионерством.
30 мая 1913 года он был назначен на должность настоятеля Коломенского Богоявленского Старо-Голутвина монастыря Московской епархии с возведением в сан архимандрита (возвел его с этот сан свт. Московский Макарий (Невский) 30 июня 1913 года). С октября 1914 по январь 1915 года архимандрит Алексий был смотрителем Коломенского Духовного училища, в феврале 1915 года был избран членом Православного Миссионерского общества. В марте 1916 года был назначен инспектором Вифанской семинарии. В сентябре этого же года он снова был назначен настоятелем Старо-Голутвина монастыря, а с конца октября также и благочинным уездных монастырей 1-го округа Московской епархии и заведующим страхованием строений всех уездных монастырей Московской епархии.
25 ноября 1916 года последовало Высочайшее повеление о бытии архимандриту Алексию епископом Дмитровским, пятым викарием Московской епархии. Хиротонисан во епископа он был через месяц, 26 декабря в храме Христа Спасителя свт. Московским Макарием (Невским) в сослужении шести других архиереев. В январе 1917 года епископ Алексий был назначен настоятелем Московского Богоявленского первоклассного монастыря и председателем Московского Миссионерского совета и Братства Св. Воскресения.
2 марта 1917 года прекратила свое существование Российская Православная монархическая государственность. Св. Государь Император Николай Александрович вынужден был отречься от престола по причине нарушения его подчиненными клятвы на верность Царю (об отречении просили Государя все командующие фронтами и даже члены династии, а газеты и прибывшие члены Госдумы сообщали, что отречения ждут народ и армия).
Пришедшее к власти революционное временное правительство подозревало многих архиереев в тесной связи с «царизмом» и в том, что якобы при их поставлении на кафедры имело место влияние Распутина. 20 марта 1917 года Синод по требованию Временного правительства уволил на покой четырех, а потом еще восемь архиереев. Среди уволенных оказались - св. еп. Сарапульский Амвросий (Гудко) и св. митр. Московский Макарий (Невский). Одновременно с решением об увольнении с Московской кафедры на покой свт. Макария (Невского) еп. Дмитровский Алексий, как его ставленник, также был подвергнут перемещению из столичной епархии, несмотря на свой прошлый либерализм. 20 марта 1917 года определением Синода он был перемещен на кафедру епископа Сарапульского, викария Вятской епархии. 29 марта 1917 года он безуспешно просил Синод возвратить его в Москву на кафедру еп. Верейского, которая оказалась свободна. Видимо, Богу было угодно, чтобы выдающиеся административные способности, которыми обладал епископ Алексий, проявились на Сарапульской кафедре. Сам он впоследствии полюбил свою новую епархию и никуда более не желал уезжать.

Большевики, пришедшие к власти в октябре 1917 года, с самого начала одной из главных своих задач считали уничтожение Православной Церкви. В связи с этим были развернуты небывалые в двухтысячелетней истории Церкви гонения на нее в советской России. Владыке Алексию сполна пришлось перенести всю тяжесть этих гонений. Он арестовывался много раз. Первый раз он был арестован ЧК в сентябре 1919 года в г. Сарапуле без предъявления обвинения. Без допросов его продержали в тюрьме 8 дней и затем освободили.
В 1921 году по докладу епископа Сарапульского Алексия Св. Патриарху Тихону были открыты Ижевское, Воткинское и Елабужское викариатства в составе Сарапульской епархии. Первым Ижевским архиереем стал епископ Стефан (Бех).
В мае 1922 года началась «церковная революция», спланированная советской властью в связи с изъятием церковных ценностей с целью расколоть Церковь на два враждебных друг другу лагеря. Она тщательно готовилась в недрах ГПУ. Ставку советская власть делала на обновленцев – духовенство и мирян с либеральными взглядами, которые изливались обильными славословиями в адрес советской власти, считая коммунизм осуществлением евангельского учения. Обновленцы выступали за реформирование богослужения, упразднение монашества, женатый епископат, второбрачие духовенства и другие нововведения, грубо противоречащие церковным канонам.
После ареста Патриарха Тихона и временной передачи полномочий его Заместителю – митр. Ярославскому Агафангелу, 12 мая 1922 года лидерам обновленчества путем интриги и, опираясь на поддержку и признание советской власти, удалось создать Временное Церковное Управление (ВЦУ).
К июлю 1922 года из 73 епархиальных архиереев обновленческому ВЦУ подчинилось большинство. Этому немало способствовало и то, что 16 июня 1922 года трое православных иерархов, первым среди которых был один из самых известных архипастырей Русской Церкви митрополит Владимирский и Шуйский Сергий (Страгородский), обратились с «Воззванием» к пастырям и мирянам признать ВЦУ «канонически законной верховной церковной властью и все распоряжения, исходящие от него… вполне законными и обязательными». Одни архиереи признали ВЦУ, будучи в состоянии растерянности, другие – движимые честолюбием, третьи – надеясь ввести обновленческое движение в русло церковной законности. Преобладающая часть прихожан была, однако, настроена к обновленцам враждебно, верующие оказывали всяческую поддержку тем священникам и архиереям, которые не подчинились постановлениям обновленческого ВЦУ.
Вскоре «Воззвание» трех иерархов с призывом признать ВЦУ достигло и Сарапульской епархии и вызвало смущение и недоумение среди духовенства, потребовавшего от епископа Сарапульского Алексия как епархиального архиерея высказаться о создавшемся положении в Церкви и о его отношении к «Воззванию» трех иерархов.
С этой целью в августе 1922 года в городах Сарапуле и Елабуге состоялись съезды духовенства. На них было прочитано «Воззвание» и устав «Живой Церкви» (так еще называли себя обновленцы, противопоставляя себя патриаршей Церкви, возглавляемой свт. Тихоном, и скованной, по их мнению, «мертвящими догмами»). Съезды признали необходимость созыва правильно составленного канонического церковного Собора для прекращения церковных нестроений и устранения всех ненормальностей в церковной жизни согласно каноническим правилам. Обновленческое ВЦУ съезды признали временным посредником между Патриархом Тихоном и его Заместителем – Митрополитом Агафангелом. Епископ Алексий на съезде в Елабуге 30 августа 1922 года подписал устав «Живой Церкви».
Впоследствии он объяснял причины этого своего поступка следующим образом: «В виду того, что Сарапульской епархии угрожало со стороны ЖЦ (Живой церкви – свящ. А.М.) полное разложение церковное, а духовенству – увольнение с мест с заменою его обновленческим духовенством, я, как епархиальный архиерей, для выхода из создавшегося затруднительного положения, для сохранения канонического равновесия епархии и противодействия обновленческому движению, руководствуясь только формальными соображениями и в душе не разделяя идей ЖЦ, ради блага епархии, следуя словам св. Апостола Павла: «бых всем вся, да всяко некия спасу», решил подписать устав ЖЦ, наперед зная, что на меня обрушатся все невзгоды и нарекания со стороны тех лиц, которые не поймут и не вникнут во внутренний смысл этого моего тактического действия и мероприятия в отношении сохранения канонического единства Сарапульской епархии».
Относительно своих конкретных действий в Сарапульской епархии после признания обновленческого ВЦУ епископ Алексий писал: «Я никакого обновленчества в Епархии не проводил, ни одного второженца священника в Епархию не допустил, ни одного священника не представил к награждению в ВЦУ, ни одного раза не служил с обновленческими Архиереями и по новому стилю, напротив, писал доклад Патриарху о невведении новаго церковнаго стиля, на Собор обновленческий 1923 и 1925 г.г. не ездил, а стремился к тому, чтобы удержать в каноническом равновесии Сарапульскую Епархию во дни сильнаго напора на нее обновленчества».
Против обновленцев в Ижевске выступил викарий епископа Алексия епископ Ижевский Стефан. Его обращение к прихожанам 1 сентября 1922 года в Александро-Невском соборе г. Ижевска привело к тому, что у дверей храмов города везде была поставлена верующими стража. Собор караулили по очереди день и ночь, чтобы обновленцы не смогли попасть в него (главой ижевских обновленцев стал и. о. настоятеля Александро-Невского собора г. Ижевска священник Константин Травин). 26 октября 1922 года епископ Стефан объявил себя самостоятельным епископом, прекратил общение с епархиальным архиереем, епископом Сарапульским Алексием, из-за того, что тот признал обновленческое ВЦУ, и предложил духовенству также прервать с ним общение. 27 октября епископ Стефан запретил духовенству Ижевского викариатства возглашать имя епископа Алексия как епархиального архиерея за богослужением, а также запретил выполнять его распоряжения. Вследствие этого распоряжения во всех храмах Ижевского викариатства было прекращено поминовение епископа Алексия.
25 июня 1923 года Св. Патриарх Тихон был освобожден из заключения, вступил в управление Русской Церковью и повел борьбу с обновленчеством. 15 июля 1923 года Патриарх выступил с посланием к Церкви, где самым решительным образом свидетельствовал, что утверждения обновленцев о передаче Патриархом своих прав ВЦУ есть ложь.
Некоторые епископы, подчинившиеся обновленческому ВЦУ, но затем осознавшие пагубность обновленчества для Церкви и отошедшие от него, стали прибывать в Москву для принесения покаяния перед Св. Патриархом Тихоном. Летом 1923 года побывал у Патриарха и епископ Сарапульский Алексий с покаянием и объяснением причин признания им обновленческого ВЦУ, после чего Св. Патриарх Тихон принял его в общение и оставил на Сарапульской кафедре.
После этого общее собрание приходских советов церквей Ижевска, состоявшееся 14 августа 1923 года, командировало и. о. благочинного ижевских церквей священника Николая Тонкова к Св. Патриарху для личных переговоров, чтобы выяснить вопрос о признании епископа Алексия. На рапорте свящ. Н. Тонкова Святейший написал резолюцию: «22 сентября 1923 года. Предлагаю Ижевцам для мира церковного быть по-прежнему в подчинении Сарапульскому Епископу. Патриарх Тихон».
25 ноября 1923 года епископ Сарапульский Алексий (Кузнецов) в своем докладе на имя Св. Патриарха Тихона предлагал в скорейшем времени открыть в пределах Вотской Автономной Области самостоятельную Вотскую епархию с центром в г. Ижевске, как областном центре ВАО, и с викариатством в г. Глазове. Она должна была быть, по мысли епископа Алексия миссионерской по отношению к удмуртам. Однако Св. Патриарх Тихон это ходатайство епископа Сарапульского Алексия об открытии Вотской самостоятельной епархии не удовлетворил, потому что находил несвоевременным дробление и разделение епархий.
После вышеупомянутой резолюции Св. Патриарха еп. Сарапульского Алексия стали поминать во всех храмах Ижевского викариатства за исключением Покровской церкви г. Ижевска, настоятель которой иеромонах Аркадий (Григорьев) не подчинился и вторичному указанию Патриарха о необходимости подчиняться епископу Алексию как епархиальному архиерею. Эта группа «непоминающих» продолжала впоследствии всячески интриговать против епископа Алексия и хотела, во что бы то ни стало, отделиться от него в порядке церковного управления, для чего путем интриг добивалась и добилась от Заместителя Патриаршего Местоблюстителя митр. Сергия (Страгородского) самостоятельности Ижевского викариатства. Все это доставило немало скорбей и треволнений епископу Алексию. Все это также делалось вопреки желанию большей части духовенства и мирян Ижевского викариатства, которые любили и уважали владыку Алексия, желали находиться под его архипастырским окормлением и самостоятельности таким путем не хотели.
Забегая вперед, следует сказать, что эти интриги, сеявшие смуту в Ижевском викариатстве, вынудили епископа Алексия в 1926 году обратиться к Ижевской пастве с особым примирительным посланием, в котором Владыка Алексий писал по поводу своего признания обновленческого ВЦУ в 1922 году: «Но как бы то ни было, несмотря на то, что Господь пособствовал сохранить православие в епархии, все-таки некоторые в Ижевске пришли в смущение от моих действий, обезпокоились сею случайностию, впали в осуждение, стали спорить и испытывать чувства нетерпения, суетливости и подозрения. Потому, как я явился виновником указанного смущения, то прошу в сем прощения, для того, чтобы вы были покойны и не томили себя излишнею о том печалию, тугою и горечию, ибо и Святейший Патриарх Тихон, когда ему был представлен письменный доклад о моем отношении к обновленческому движению и о моих мероприятиях, воспринял меня с любовию под свой Святительский омофор, неоднократно служил со мною в Москве и Ижевцам дважды письменно сообщал о своем прощении с предложением Ижевцам ради мира церковного быть по-прежнему в подчинении Сарапульскому епископу, как он, Святейший, находится в каноническо-молитвенном общении с ним. И Митрополит Сергий тоже призывает всех нас к примирению. Св. Апостол Петр, отрекшийся от Христа, был принят Спасителем в общение Апостольское. Гонитель христиан Павел по благодати Божией стал великим Апостолом языков. Отпадавшие от православия во время арианских смут архиереи являлись впоследствии ревнителями православия. Уклонявшиеся в обновленчество епископы и покаявшиеся восстановлены в своих правах и управляют вверенными им епархиями…
Я держусь староцерковнических воззрений и в своих посланиях пастве Сарапульской с достаточною ясностию разобрал обновленчество, раскрыв всю его несостоятельность. Эти послания посылались мною и в Ижевск, но почему-то в церквах они не читались. Если Святейший Патриарх Тихон и Митрополит Сергий призывают нас к миру церковному, то неужели мы останемся глухи к их призыву и не откликнемся на их зов.
И я вас призываю к миру и если я допустил что либо лишнее или обидное, сказал или сделал кому либо что неприятное, оскорбительное или соблазнительное, ввел кого либо в смущение своими действиями, вызвав ропот и осуждение, то в сознании немощи своей, прошу всех вас, оставив всякое смущение и тревогу сердечную, покрыть всепрощающею христианскою любовию и забыть всякия разделения и недоразумения ради мира церковного, чтобы единым сердцем и устами, в союзе мира и любви возносить свои моления ко Господу, так как молитва – это самое высшее проявление живого союза нашего с Богом – тогда только может быть услышана Богом, когда она возносится в духе всепрощения в мире и любви, когда молитва бывает чужда злобы и вражды».
После того как Св. Патриарх Тихон оставил епископа Алексия на Сарапульской кафедре епископ Алексий повел открытую борьбу с обновленчеством. Он в мае 1924 года выпустил вышеупомянутое окружное послание против обновленцев, в котором разобрал каноническую и вероучительную несостоятельность обновленчества. В результате не без происков сарапульских обновленцев, которым был передан местными властями в Сарапуле Вознесенский кафедральный собор, епископ Алексий в 1924 году был выслан из г. Сарапула в административном порядке по постановлению Сарапульского окрисполкома. Проживал он в это время в Елабуге и Ижевске, ездил и в Москву, и в 1925 году вернулся из Ижевска в Сарапул.
Тем временем маховик советских репрессий раскручивался. 19 февраля 1925 года епископ Алексий был арестован ОГПУ с предъявлением обвинения по ст. 119 УК: «Использование религиозных предрассудков». В этот же день ижевские рабочие-единоверцы, члены приходского совета Ильинской единоверческой церкви, проявили немалое мужество. Они выступили в защиту епископа Алексия как своего архипастыря от обвинений его в контрреволюции. В написанном ими письме для передачи в судебные инстанции они свидетельствовали: «С самого начала вступления Епископа Алексия на Сарапульскую кафедру мы, единоверцы г. Ижевска, находились под его мудрым Архипастырским руководством и, как единоверцы, крепко стоящие за свои старые религиозные убеждения, порядки, обряды, мы зорко следили за вновь назначенным Епископом, и тогда только стали спокойными, когда воочию убедились в его авторитете Епископской Власти. Как он пользовался, так и будет пользоваться уважением не только Сарапульцев, но и всей своей Епархии. Так разве только это может служить обвинением? И теперь разве кто может свидетельствовать о каком-нибудь выступлении против Власти, когда Епископ Алексий во всех отношениях корректный. Все донесения против Епископа Алексия могут быть только в одной корзине, куда бросается ложь, клевета, зависть и ненависть…
Мы постановили заявить, и заявляем, что Епископ Алексий контрреволюционером не был, не будет и быть не может, чему ручаемся всем, чем хотите, даже всей своей жизнью, и просим оставить искать контрреволюцию в церкви, церковь отделена от государства и ей больше ничего не надо».
Епископ Алексий просидел в заключении около 4-х месяцев и был освобожден. Дело было прекращено.
В том же году он был осужден Малмыжским нарсудом по ст. 123 УК. Его обвиняли «в присвоении прав юридического лица» (поскольку Церковь, согласно советским законам, была лишена прав юридического лица, то действия епископа Алексия обвинители пытались истолковать как нарушение этой статьи) и приговорили к шести месяцам исправительно-трудовых работ. Прокурором республики дело было прекращено за отсутствием состава преступления.
В 1927 году, когда исполнилось 10 лет пребывания епископа Алексия на Сарапульской кафедре, он, по ходатайству духовенства епархии, был возведен в сан архиепископа.
В декабре 1928 года архиепископ Сарапульский Алексий был арестован ОГПУ с предъявлением обвинения по ст. 58-10 УК «за выпуск воззвания контрреволюционного характера». Просидел он в заключении полтора месяца и был освобожден. Виновность его доказана не была.
В 1931 году с февраля по ноябрь и с декабря 1931 по февраль 1932 года архиепископ Алексий временно управлял приходами Свердловской епархии.
9 февраля 1932 года он был снова арестован. Вместе с ним были арестованы его брат Иван Николаевич (был освобожден через 7 месяцев), его сестра Мария Николаевна, и духовенство г. Сарапула: свящ. Евлампий Молчанов, свящ. Иоанн Синяковский, свящ. Николай Шерстенников (осужден не был), диак. Иоанн Миронов и другие священнослужители и миряне. Они были приговорены к 3 годам лишения свободы. Многие из них были сосланы в Западно-Сибирский край (М.Н. Кузнецова, диак. Иоанн Миронов). Особым Совещанием при Коллегии ОГПУ архиепископ Алексий был осужден по ст. 58-10 и 58-11 на три года ИТЛ. Сначала он находился на строительстве Беломоро-Балтийского канала. Однако через два месяца был актирован как инвалид 3 группы «Б» и отправлен на Соловки. 28 мая 1933 года из-за пересмотра дела Коллегией ОГПУ он был освобожден досрочно. Однако это решение было получено в концлагере только в начале сентября 1933 года. Поэтому освобожден он был только в начале сентября и в конце сентября этого же года вернулся в г. Сарапул. После возвращения из ссылки архиепископ Алексий жил в Сарапуле как частное лицо и поправлял свое сильно пошатнувшееся здоровье (в это время Сарапульской епархией управлял епископ Осинский Петр (Гасилов), а после него – епископ Симеон (Михайлов).
В ноябре 1933 года Заместитель Патриаршего Местоблюстителя митр. Сергий назначал епископа Алексия на Пензенскую кафедру, а в марте 1934 – на Тобольскую. Однако расстроенное состояние здоровья не позволило владыке выехать на эти новые места служения. Архиепископ Алексий просил оставить его в Сарапуле. Он писал 1 апреля 1934 года митр. Сергию, что имеет законные основания занимать Сарапульскую кафедру, «т.к. эта кафедра за время моего отсутствия числилась за мною. Вступить же сразу по прибытии сюда в управление епархией я не мог по болезненном состоянии... в настоящее время, хотя здоровье мое не восстановлено окончательно, но я могу служить и ведать епархиальными делами, ехать же в далекий, суровый в климатич. отношении г. Тобольск я не могу.
Прошу удовлетворить мою просьбу об оставлении меня в г. Сарапуле, т.к. я уже 6 месяцев нахожусь без службы и без средств для содержания и существую исключительно милостыней своих пасомых».
В результате 14 мая 1934 года архиепископ Алексий был назначен на Сарапульскую кафедру. Прихожане Георгиевской церкви г. Сарапула благодарили митр. Сергия за оставление владыки Алексия в Сарапуле и просили удостоить его правом ношения креста на клобуке. Гражданские власти, однако, отказали архиепископу Алексию в регистрации в Сарапуле. Из-за этого он просил митр. Сергия перевести его на другую кафедру «за исключением епархий, расположенных на Кр. Севере, в Сибири и в бывш. Уральской Области». В июне 1934 года архиепископ Алексий был назначен на Саранскую кафедру. В Сарапул был назначен еп. Серафим (неизвестно какой), однако в июле 1934 года и епископу Сарапульскому Серафиму было отказано в регистрации в Сарапуле, из-за чего он не мог вступить в управление, и подал прошение об увольнении на покой. С августа 1934 года Сарапульской епархией управлял епископ Варлаам (Козуля), а после него с января 1935 года – епископ Владимир (Горьковский).
1 июня 1935 года архиепископ Алексий (Кузнецов), проживавший все это время в г. Сарапуле, смог получить, наконец, в местном райисполкоме регистрацию для служения в Георгиевской церкви г. Сарапула. Он написал об этом рапорт митр. Сергию, в котором просил назначить его на Сарапульскую кафедру. В результате в октябре 1935 года архиепископ Алексий получил назначение на Сарапульскую кафедру. 17 марта 1936 года он был награжден правом ношения креста на клобуке. В августе 1937 года ему было поручено временное управление Кировской епархией.
18 декабря 1937 года архиепископ Алексий был снова арестован. Он обвинялся в создании «контрреволюционной, церковно-повстанческой, шпионско-террористической организации» «для активной борьбы с Советской властью». На следствии владыка отказывался подписывать протоколы допросов, поскольку «он решил принципиально никогда не подписывать протоколы его допросов в органах НКВД». К сожалению, нашелся священник-иуда, который оклеветал не только архиепископа Алексия, но и других священнослужителей и мирян, заявив на следствии, что они занимаются антисоветской деятельностью и выдумав примеры этой деятельности. Причем на очной ставке с владыкой продолжал упорствовать в своей клевете. Архиепископ Алексий, однако, все эти обвинения отверг и своей вины не признал. 15 ноября 1938 года решением Тройки НКВД УАССР он был приговорен к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение 18 ноября 1938 года. Место захоронения тела архиепископа Алексия неизвестно.
Так закончился тернистый путь архиепископа Сарапульского Алексия к Царству Небесному. Будем надеяться, что рано или поздно мы обретем в его лице еще одного молитвенника за нас пред престолом Божиим, прославленного в лике святых Ижевской епархии.

В статье использованы материалы ЦГА УР, архива Администрации г. Сарапула, архива УФСБ по УР и других архивов.
Подготовил священник Александр Малых, клирик Свято-Александро-Невского кафедрального собора г. Ижевска

 

Все публикации

Анонсы

Календарь

19 декабря 2018 г. ( 6 декабря ст.ст.), среда.
Рождественский пост.
Свт.Николай.
Святителя Николая, архиепископа Мир Ликийских чудотворца.
Полезные ссылки:
На главную Карта сайта Контакты

© Ижевская и Удмуртская епархия Русской Православной Церкви, 2010-2018 г
Перепечатка материалов разрешена при условии наличия активной ссылки на источник.

Создание сайта